Комментарии (2) к “Тема «”Мягкая сила” наследия российской интеграции народов и культур на евразийском пространстве» (рекомендательный материал)”

  1. Представленный проект носит перспективный характер, так как отражает широкий спектр актуальных проблем, которые оказывают существенное воздействие на все грани человеческого бытия и в которые оказался вовлечённым современный мир в результате нарастания глобализационных процессов. Весьма позитивен ракурс, нацеленный на выявление универсальных компонентов традиционной культуры с целью их трансформации и адаптации к реалиям техногенного мира. Информационное общество столкнулось с фундаментальным противоречием между глобальностью технического взлёта и ограниченностью, одномерностью реально функционирующего человеческого сознания, что приводит к масштабным социальным коллизиям. Следует поддержать идеи, отражающие значимость процесса формирования евразийского пространства как способа адаптации к современному глобальному устройству, гуманизации и возможности усиления на этой интегративной основе креативной тенденции. Интересна идея, связанная с возможностью взаимодействия традиционного мышления и инновационного подхода к решению ключевых проблем современности. Заслуживают внимания конкретные и перспективные предложения, изложенные в разделе «Человек и традиционная культура в осуществлении Soft Power».
    Вместе с тем в представленной работе следовало бы более обстоятельно, скрупулёзно выявить специфику традиционного подхода к миру и показать, как в современных, качественно новых условиях и в каких формах культуры традиционные универсалии можно трансформировать и сделать важнейшей точкой опоры в гармонизации современного мира на основе диалога культур. Особого внимания заслуживает вопрос, связанный с необходимостью глубокого исследования причин (а их множество), которые блокируют актуализацию базовых универсалий традиционного мира в условиях техногенной цивилизации, отторгают реализацию гуманистических ориентиров, способствуя массовизации, маргинализации, прагматизации сознания, процессу деинкультурации. Фундаментальная проработка причинно-следственных связей могла бы стать теоретическим фундаментом для преодоления деструктивных процессов и продвижения ценностей, способных гармонизировать современный социум.
    В целом необходимо отметить и поддержать комплекс плодотворных идей авторского коллектива, нацеленных на поиск эффективных решений и преодоление сложнейших противоречий информационного общества.

  2. Проект, безусловно, очень своевременный, и на него стоит обратить внимание.
    Что касается поставленной проблемы, то, действительно, если вдуматься: с одной стороны, существует расхожее представление о некоей уникальной русской духовности, а с другой – неоправданно мало делается для продвижения влияния русской культуры, языка, искусства и т.д. За десятилетия после распада СССР культурное пространство «русского мира» неуклонно сжимается, что не может не сказаться негативно как на международном авторитете России, так и на состоянии сознания граждан нашей страны. Справедливо отмечено, что формируется отрицательное восприятие российским населением, особенно молодежью, национальных культурных традиций, языка, религии, образования (не так давно оценивавшегося как одно из лучших в мире). Отсюда – проблемы идентификации и самоидентификации России как цивилизации и культуры в мировом сообществе. А между тем, потенциал нашей «мягкой силы» таков, что наша страна могла бы предложить альтернативный проект глобализации, без вестернизации. Именно на территории «исторической России» накоплен богатый опыт реализации интеграционных процессов при сохранении самобытности национальных культур. Сейчас он мог бы весьма пригодиться для решения проблемы включения, например, тех же национальных систем образования в глобальный контекст.
    Интересно, что исторически запрос на своеобразную «мягкую силу» был сформулирован в отечественной философии сразу же, с момента ее появления. В 1836 году в знаменитом «Философическом письме» П.Я. Чаадаев провокационно заявил, что Россия принадлежит скорее географии, чем истории, что никто ее и не заметил бы, если бы она не раскинулась так широко, от Одера до Берингова пролива. Иными словами, физически мы есть, а духовно – нас нет. После победы над Наполеоном мир убедился в наличии у нас «жесткой силы», но в культуре мы не создали ничего, что имело бы мировое значение.
    Как известно, «Письмо» Чаадаева стало вызовом для национального самосознания, и буквально за несколько десятилетий в России возникла духовная культура мирового уровня. До сих пор, если за рубежом что-то знают о нашем культурном наследии, то вспоминают писателей, художников, композиторов XIX столетия.
    И в современной ситуации «мягкая сила» – ресурс, который еще далеко не задействован Россией для привлечения других народов и государств на свою сторону.

    Марина Алексеевна Широкова, Алтайский государственный университет, профессор кафедры политологии, доктор философских наук, доцент.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *